Дочки-матери
Я с самого детства замечала, что маму я больше жалею и люблю, чем слушаюсь и боюсь. Слушалась и боялась я всегда бабушку по папиной линии, о маме хотелось заботиться, поддерживать ее. Я защищала маму от папы, который был алкоголиком, хорошо училась, занималась спортом, вообще была «правильным» ребенком во многом для того, чтобы маме не доставлять никаких хлопот. Обратной стороной этого было то, что все свои проблемы я решала сама и была с ними один на один — мне даже не приходило в голову, что, если мне что-то не нравится или мне страшно, неприятно, больно, можно пойти в детстве к маме, зато маму с тем же самым я была готова принять всегда.
Интересно, что и маму такой ход вещей даже радовал, и, возможно, она даже видела, что мне плохо, но ей в голову не приходило, что нужно меня расспросить, пожалеть, утешить или в крайнем случае пойти куда-то, поговорить с кем-то, чтобы защитить своего ребенка. Так и дальше повелось в наших с ней отношениях: я взрослее, самостоятельнее, всегда забочусь о маме, не нагружаю ее своими проблемами, а она слабее, беззащитнее, охотно советуется со мной по всем вопросам и ей даже просить не надо, я сама бегу и решаю все ее проблемы. Такое положение вещей мне настолько казалось естественным и правильным, я себя чувствовала хорошей дочерью и гордилась собой, всегда осуждала брата, который помогал маме исключительно по ее или моей просьбе, а не по собственной инициативе.
Как же удивительно было на четвертом десятке с большим трудом в психотерапии раскопать в себе потребность быть просто дочкой, бежать к маме за поддержкой и утешением. Сколько же у меня внутри жажды этой поддержки и утешения скопилось за всю мою жизнь! Хотелось просто уткнуться лицом в мамино плечо и рыдать, рыдать и рыдать… Как же мне было трудно идти по жизни и справляться со всеми испытаниями без маминой поддержки за спиной или внутри… Ведь если мама не могла поддерживать и защищать меня в детстве, то и моя внутренняя взрослая часть не может поддерживать и защищать мою внутреннюю детскую часть, когда ей это необходимо.
Так устроены перевернутые или инверсивные отношения мам и дочерей, когда мама играет роль дочери своей биологической дочери, а дочь, соответственно, является функциональной мамой своей биологической мамы. Такие отношения крепки и надежны, одобряются окружающими. Ну как же: ведь она такая хорошая дочь, так хорошо заботится о своей маме, всем бы таких дочерей. Все довольны и счастливы, пока дочь не начинает осознавать свои глубинные эмоциональные потребности.
Эти отношения дисфункциональны, потому что нарушают естественный задуманный природой порядок: мама в отношениях с дочерью сама отвечает за себя и заботится о дочери, не нагружая ее своими проблемами, задача дочери — расти, отделяться от мамы, опираясь на ее поддержку, когда необходимо. Часто такие отношения мама-дочь становятся перевернутыми под влиянием какого-то сильного стресса для всей семьи, в котором мама оказалась слабой, пораненной судьбой, очень уязвимой. Например, моя бабушка потеряла двоих маленьких сыновей в войну, дедушки рядом не было — он воевал, — и мама, как единственная старшая выжившая дочь, стала ее поддержкой и опорой. Сценарий инверсивных отношений между мамой и дочерью часто передается из поколения в поколение — получается так, что родившаяся девочка занимает вакантное место функциональной матери своей мамы. Так, в моей семье моя мама была функциональной матерью моей бабушки, и, соответственно, мне пришлось стать функциональной матерью для моей мамы.
Другой, наиболее распространенной, причиной того, что ребенок берет на себя роль родителя для своих родителей, является дисфункция семейной системы в зоне отношений между родителями. Неразрешенные конфликты между отцом и матерью вовлекают детей, чтобы сдерживать напряжение, способное привести к разрыву отношений, или защищать одного родителя перед другим, заботиться о нем, т. е. выполнять родительскую функцию по отношению к нему. Например, в моей семье мама точно нуждалась в защите и отвлечении от проблем с папой-алкоголиком, и я хорошо с этим справлялась, взяв на себя роль ее функциональной матери. В многодетной семье бывает, что родительская функция ребенка (чаще старшего, но совсем не обязательно) распространяется не только, например, на маму, но и на последующих детей, тогда нарушается семейная иерархия, и мама становится функциональной сестрой остальным детям. Неудивительно, что она с ними не справляется и всегда прибегает к помощи старшей дочери в вопросах воспитания младших детей.
📍Чем плохо?
Чем опасны для взрослой женщины такие отношения с мамой? В первую очередь тем, что она росла, сильно соединяясь со своей внутренней «материнской» частью, и поэтому была эмоционально, а иногда и физически, нагружена сверх своих возможностей в детстве — отсюда ее склонность брать на себя излишнюю ответственность (или гиперответственность), но при этом высокая тревожность и склонность к контролю своей жизни и жизни окружающих ее людей. Ее детская часть недополучила поддержки, защиты, тепла, заботы, и ее внутренняя родительская часть не в состоянии дать то же самое ее внутренней детской части. Поэтому у нее часто присутствуют трудности с адекватной оценкой и принятием собственных ограничений — по-простому, в жизни она упорно требует от себя того, что не может сделать, что лежит за гранью ее ответственности. В жизни она больше ориентируется на то, что надо, а не на то, что хочется прямо сейчас, поэтому она склонна к депрессивным состояниям.
У такой женщины должно быть много сдержанной или вытесненной обиды и злости на своих родителей за то, что ее использовали и нагрузили сверх меры в детстве. Вместо этого она, обращая эту энергию на себя, часто испытывает вину перед родными. Такая дочь всю свою жизнь остается внутренне привязанной к маме, хотя может иметь с ней конфликтные отношения, потому что у нее не было возможности по-настоящему отделиться от мамы. Ведь чтобы отделиться, нужно быть в позиции взрослеющего ребенка, а родительская позиция не предполагает никакой сепарации.
Кроме того, у такой женщины могут быть трудности с рождением детей, ведь у нее уже есть как минимум один ребенок — это ее мама! Этот опыт накладывает отпечаток на ее возможность и желание иметь собственных детей. Не пройдя процесс сепарации от родителей, она остается ребенком внутри, и ее потребность продолжать быть ребенком сильнее, чем потребность быть матерью. Как же она может родить ребенка, ведь дети не заводят детей. Возможно, она не готова к материнству еще и потому, что ей предстоит стать матерью младенца, что сильно контрастирует с привычной ролью матери своей взрослой мамы. Психика такой женщины может бессознательно сопротивляться такой резкой перемене и такой сильной дополнительной нагрузке. Если «сопротивление» иметь собственных детей неосознаваемо, то женщина очень страдает, потому что материнство для нее естественно с рождения, ей эта роль ей очень близка. Она может искренне не понимать, почему именно у нее не получается забеременеть.
Меж тем дочка, «удочерившая» собственную маму, чувствует себя в таких отношениях нужной, правильной, важной. Она гордится собой и получает высокую положительную оценку окружающих, потому что она хорошая дочь и пример для подражания. Присущие ей ответственность и надежность помогают ей добиться жизненных высот и симпатии окружающих, где бы она ни находилась.
📍А как же мама?
Выигрывает ли мама от таких отношений? На первый взгляд, да! Если же посмотреть получше — совсем нет, потому что не от дочери она всю жизнь хотела тепла, любви, заботы и поддержки, а от собственной мамы (бабушки дочери) или от мужа, чего, к сожалению, те по каким-то причинам не могут ей дать. Родительская, супружеская и дочерняя заботы — совсем разные и в разное место ложатся внутри души, одно другое заменить не может. Так уж устроена наша психика, что в ней тысячелетиями закреплен такой порядок отношений, что пра-родитель большую часть жизни отвечает за родителя, а родитель — за ребенка, супруг обязан помогать и заботиться о супруге, а не ребенок. Вопрос здесь не в том, кто для кого и чего больше делает физически, а в глубоком внутреннем понимании того, кто когда и кому должен, кто за кого отвечает. Кроме того, в случае, когда инверсивные отношения между мамой и дочкой связаны с напряжением между мамой и мужем, то, продолжая поддерживать «дочкино родительство», мама не встречается лицом к лицу с этим напряжением и продолжает оставаться несчастной, лишая себя шанса на изменение этих отношений или поиска других, более счастливых для нее.
Важно понимать, что любые отношения, в том числе и инверсивные, поддерживаются с обеих сторон: и мама, и дочь играют свои привычные, пусть перевернутые, роли. Они подходят друг другу, как ключ к замку. Их отношения представляют собой очень устойчивую конструкцию. Если кто-то из них вдруг перестает действовать в соответствии с привычной ролью, пара входит в кризис отношений, потому что второй искренне не понимает, что именно пошло не так и почему.
📍Что делать?
Как можно проверить, какие отношения сложились у вас с мамой?
Ответить на два следующих вопроса:
1. В случае какой-либо неприятной ситуации, в которую вы попали, ваши обычные действия — не рассказывать об этом маме, потому что вы ее бережете или вы можете самостоятельно справиться или вы вообще не рассчитываете получить у нее сочувствие, поддержку или помощь?
2. В случае какой-либо неприятной ситуации, в которую попала ваша мама, ваши обычные действия — расспросить ее, поддержать морально и материально, не дожидаясь, пока мама сама скажет, что именно ей нужно?
📍В случае двух ответов «Да» вы можете быть уверены, что ваши отношения с мамой инверсивные. Что же делать?
1. Начните замечать, когда и как вы попадаете в роль мамы для своей мамы. Что делает она, что толкает вас внутри себя действовать как ее мама? Как только заметите, скажите себе, что вам необязательно быть мамой для своей мамы, вы всего лишь ее дочь, что вы можете ей помочь и ее поддержать, но только если вы этого сейчас хотите.
2. Начните замечать свои чувства, когда вы в отношениях с мамой. Попробуйте найти что-то, кроме любви и тревоги. Подсказываю: ищем обиду и злость. Какие бы неприятные они ни были, попробуйте осознать их, ответить на вопросы, что вы чувствуете, в связи с чем и почему.
3. Осознавая свои чувства, попробуйте понять, чего вам хочется от мамы именно в этот момент. Попробуйте понять свой импульс и оценить его, насколько он укладывается в роль просто дочери.
4. Когда мама будет искать помощи и поддержки от вас, помните, что вы не обязаны ей это давать — вы можете ей это дать, если хотите, если вы в состоянии сейчас ее поддерживать. А если, наоборот, вы нуждаетесь в ее помощи, вы имеете полное право настаивать — у вас приоритет по праву рождения.
5. Предостережение: не нужно немедленно предъявлять свою агрессию маме. Она привыкла быть вашим ребенком и может быть не готова за это платить, особенно, если она уже в возрасте и имеет плохое здоровье. Важнее, чтобы вы могли осознавать то, что вы чувствуете, чего хотите, принимать себя в этих чувствах и желаниях как есть, чем доводить ваши импульсы до конкретного действия в отношении мамы.
Помните, что если вы хотите, такие отношения можно поменять. Начать стоит с себя — не брать роль матери по отношению к своей маме. Тогда той рано или поздно ничего не останется, как оставить роль вашей дочери и взять естественную роль вашей мамы. Это, как правило, непросто и занимает много времени, потому что и маме, и вам придется осваивать новые непривычные роли друг для друга. Но на собственном примере я могу подтвердить, что это возможно.
Автор статьи - Юлия Ободовская, соавтор группы "Я и моя семь-Я", специалист студии Полины Гавердовской
Источник: https://www.facebook.com/gaverdovskayastudio/photos/a.1423809811176314/2532860480271236?type=3&sfns=mo
Добавить фото
